Пентотал-натриевый (неингаляционный) наркоз — влияние на почки

С целью изучения влияния пентотал-натриевого наркоза на почечную функцию мы исследовали данные, касающиеся 21 больного. Из них у 5 человек действие пентоталового наркоза на почечную функцию определялось без оперативного вмешательства. Эти больные страдали изнуряющими болями. С целью усиления охранительного целебного торможения им была предписана терапия сном. Во всех случаях пентотал-натриевый наркоз применялся в виде внутримышечных инъекций. Больных осведомляли, что эта манипуляция должна облегчить боли. Таким образом, психика у них страдала минимально. Глубокий сон обыкновенно наступал на 15—20-й минуте. К этому времени зрачки оказывались уже суженными и исчезал роговичный рефлекс.

У всех пяти больных на протяжении наркозного сна мы ни разу не видели расстройств со стороны дыхания. Оно было ровным и глубоким, и частота его ни разу не превышала 16—18 дыханий в минуту. Пульс колебался в пределах 70—90 ударов, всегда был ритмичным и хорошего наполнения. Артериальное давление на протяжении всего наркоза не снижалось и даже имело некоторую тенденцию к повышению. Что же касается мочеотделения, то во всех случаях имело место колебание как в сторону его увеличения, так и в сторону понижения. Однако мы ни разу не видели у этих больных не только анурии, но даже сколько-нибудь выраженной олигурии.

Больной М., 68 лет. длительно страдает болями в поясничной и подложечном области. Клинико-рентгенологический диагноз: спондилартрит, дивертикулит, дуоденит и перидуоденит. С целью облегчить страдания больному произведена внутримышечно инъекция 2% раствора пентотал-натрия в количестве 50 мл.

Все вышеизложенное дало нам право сделать вывод, что пентотал- натриевый наркоз в терапевтических дозах не только не понижает мочеотделения, но, наоборот, способствует его увеличению. Это подтверждается и нормальным содержанием остаточного азота в крови у этих больных.

Для производства же операций пентотал-натриевый наркоз обыкновенно применялся нами в виде водного и почти всегда комбинировался или с эфирным ингаляционным наркозом (9 наблюдений), или с новокаиновым обезболиванием (4 наблюдения). Самостоятельно он был использован лишь два раза.

Представляет интерес операция по поводу загрудинно расположенной опухоли (лимфогрануломатоз).

Больной Пес-рев, 20 лет, поступил в клинику с диагнозом загрудинной опухоли Операция — пробная торакотомия. Наркоз — 2% раствор пентотала внутримышечно + тот же раствор 70 мл внутривенно. Таким образом, больной за время полуторачасовой операции получил больше 2 г чистого препарата. Как видно из вышеприведенной кривой, расстройства со стороны мочеотделения были нерезки. Наблюдавшаяся перед наркозом полиурия сохранялась до начала операции. По вскрытии же грудной полости диурез стал несколько меньше нормы. Однако резкой олигурии и тем более анурии на протяжении всей операции не было. Что же касается артериального давления, то оно прогрессивно снижалось и к концу операции упало до 80—90 мм. В процессе операции была обнаружена плотная неподвижная опухоль загрудинного пространства, идущая глубоко в заднее средостение до позвоночника. Выделить опухоль оказалось невозможным. Операция прекращена и рана защищена наглухо. Впоследствии больной лечился инъекциями эмбихина по поводу предполагаемого лимфогрануломатоза. Опухоль рассосалась. Больной выписался.

Таким образом, мы имели возможность убедиться в том, что пентотал-натриевый наркоз действует, повидимому, на почечную функцию благоприятно, предупреждая или во всяком случае значительно ослабляя поступление болевых рефлексов к почкам.

Отсюда можно сделать вывод, что пентотал-натриевый наркоз усиливает охранительно-целебное торможение клеток коры головного мозга, но окончательно предупредить поступление болевых импульсов к внутренним органам, повидимому, не может.

В тех случаях, когда пентотал-натриевый наркоз дополнялся эфирным ингаляционным, нарушения со стороны функции жизненно важных органов значительно усиливались. У всех девяти больных в процессе операции развивалась резкая олигурия и даже анурия, которая у семи из них носила более или менее затяжной характер. Одна же больная из этой группы даже погибла вскоре после операции при явлениях анурии. Создалось впечатление, как будто эти два вида наркоза, влияя друг на друга, теряли свои положительные качества, в то время как отрицательные их свойства значительно возрастали. Во всяком случае мы столкнулись с фактом, что действие пентотал-натриевого наркоза было во много раз благоприятнее, чем того же наркоза в комбинации с эфиром.

Гексенал при такого рода комбинации становится токсичнее. Весьма вероятно, что и в наших наблюдениях на фоне эфирного наркоза повышалась токсичность пентотала. Однако мы полагаем, что недостаточное охранительно-целебное торможение клеток коры головного мозга способствовало резкому усилению травматического (операционного) шока.

Наиболее благоприятные результаты в связи с применением пентоталового наркоза мы имели, когда он дополнялся новокаиновой анестезией (этого вопроса мы коснемся несколько позже).