История изучения вируса эпидемического паротита

Эпидемический паротит относится к числу заболеваний, известных со времен глубокой древности. Первое клиническое описание болезни было сделано Гиппократом. До XVIII века считали, что эпидемический паротит — заболевание локальное и характеризуется только воспалением слюнных желез. На возможность поражения нервной системы при паротите обратили внимание со второй половины XVIII столетия — Рассэл в 1755 г. и Хамильтон в 1761 г.

Большой вклад в изучение этого заболевания внесли русские ученые. В 1849 г. А. Д. Романовский, описывая эпидемию паротита среди неиммунного населения Алеутских островов, отметил, что, помимо железистых, наблюдаются формы заболевания, протекающие без поражения желез, но с парезами лицевых нервов; исходя из этого, автор предложил различать две формы паротита — железистую и нервную. Отечественные педиатры И. В. Троицкий и Н. Ф. Филатов показали, что паротит является инфекционным заболеванием и может иметь различные варианты клинического течения. Этим они опровергли представление об эпидемическом паротите как о местном процессе, локализующемся в слюнных железах, и выдвинули положение о диффузном поражении различных органов и систем, в том числе и нервной.

В 1910 г. Доптэр, обследуя 1705 больных эпидемическим паротитом, у 158 из них обнаружил менингит. Истинную частоту возникновения менингита паротит- ной этиологии трудно установить и в настоящее время, так как обычно регистрируется только эпидемический паротит как нозологическая единица, без указания на отдельные клинические формы. Кроме того, больные паротитом в большинстве случаев не госпитализируются, спинномозговая жидкость у них не исследуется, вследствие чего формы менингита без выраженных менингеальных симптомов не диагностируются. Поэтому частота поражений нервной системы при эпидемическом паротите, по данным различных отечественных авторов, колеблется в очень больших пределах (от 5,7 до 66,5% из числа зарегистрированных случаев). Подобные колебания частоты поражений нервной системы при эпидемическом паротите отмечены и в трудах зарубежных авторов. Так, Мэссэри с коллегами обнаружили у больных паротитом серозный менингит в 23% случаев, Фанкони — в 25%, а Стейнберг — всего в 6%. Колебания эти, по-видимому, зависят как от характера эпидемии, так и от точности неврологической диагностики. По данным М. А. Селимова, в отечественной литературе до 1956 г. было описано всего 228 случаев поражений нервной системы при паротите.

По доступным нам данным, к 1972 г. в СССР было уже описано более 2,5 тыс. поражений нервной системы паротитной этиологии. Удельный вес менингитов этой этиологии в общей группе серозных менингитов также весьма значителен и колеблется, поданным различных авторов, от 16 до 75%, что зависит от подъема заболеваемости паротитом, а также от эпидемических вспышек энтеровирусных заболеваний, составляющих вторую большую группу серозных менингитов.

Большинство исследователей указывает на сезонность заболевания менингитом паротитной этиологии, совпадающую с сезонностью эпидемического паротита. Однако если М. Б. Цукер, Д. С. Футер и другие авторы говорят о весенней сезонности, то Б. Я. Резник наблюдал наибольшую заболеваемость в конце осени и зимой. По нашим наблюдениям, в последние годы заболеваемость паротитным менингитом утратила выраженную сезонность и отмечается во все месяцы года.

Нервными формами паротита чаще всего заболевают дети дошкольного и младшего школьного возраста (68,6% — от 4 до 10 лет). Приводим возрастную структуру больных с поражениями нервной системы паротитной этиологии по данным клиники нейроинфекций ЛНИИДИ за 1964—1970 гг.: от 1 до 3 лет — 17,9%, от 4 до 6 лет — 38,6%, от 7 до 10 лет — 30%, старше 11 лет—13,5%- Паротитных менингитов и менингоэнцефалитов у детей до 1 года мы не наблюдали. Мальчики болеют нервными формами эпидемического паротита чаще девочек. По нашим данным, за 6 лет мальчики составили 71,5%, а девочки — 28,5%; по материалам Б. Я. Резника, мальчики — 80%, девочки — 20%.

Вирус эпидемического паротита впервые был выделен из спинномозговой жидкости Хенли и Макдугалом в марте 1947 г. В СССР вирус паротита из ликвора впервые выделили А. К. Шубладзе и М. А. Селимов в 1949 г. Изучение этого вируса показало, что он обладает тропизмом к железистым органам (слюнным, поджелудочной и половым железам), а также к нервной системе (мозговым оболочкам и клеткам головного мозга). Основным источником заражения является больной, в первые дни болезни вирус содержится в слюне больного и заражение происходит капельным путем.

Этиологическая диагностика паротитного менингита и менингоэнцефалита обычно не представляет больших затруднений. В 70—80% случаев одновременное, предшествующее или последующее поражение слюнных или других желез позволяет поставить правильный этиологический диагноз. В случаях, протекающих без поражения желез, опорой для диагностики могут служить эпидемиологические данные (контакт с больным эпидемическим паротитом). Наиболее достоверным диагностическим тестом является выделение вируса из спинномозговой жидкости больного. Однако это возможно только в первые дни болезни, и поэтому для подтверждения паротитной этиологии обычно служат серологические исследования — реакции связывания комплемента и задержки гемагглютинации с паротитным антигеном.

Adblock
detector