Асимметрия узнавания

Задачей второй серии опытов, проведенных с применением диоптической методики, была проверка устойчивости показателей асимметрии зрения с учетом влияния следовых процессов, включенных в сам акт восприятия.

Напомним, что в этой серии взаимное расположение слайдов в каждой паре изменялось: правый слайд первой серии «занимал» место левого и наоборот. Таким образом, каждый слайд в этой серии предъявлялся повторно, но в другом поле зрения. Если при первичном предъявлении слайдов можно было говорить о восприятии сложных сюжетных изображений, требующих категориального опознания, то повторное их предъявление обусловливало возможность проявления следовых процессов, т. е. их узнавание. Тем более что сама постановка опытов, в частности вербализация испытуемыми воспринятого в письменном отчете, способствовала закреплению следов изображений в памяти. Поэтому если в первой серии опытов говорилось о восприятии в условиях гаплоскопического зрения, то во второй серии уместнее говорить об узнавании.

Формальный количественный анализ результатов второй серии опытов показал, что в данной выборке испытуемых произошли существенные изменения в соотношении асимметрии и симметрии перцептивных процессов. Оказалось, что в целом для выборки правосторонняя асимметрия свойственна 34,8% испытуемых, левосторонняя — 22,7%, а симметрия — 42,5%. Таким образом, асимметрия в этих условиях наблюдалась лишь немногим более чем у половины испытуемых.

Однако, как это будет видно из дальнейшего изложения, качественный анализ материала показал, что в основе указанной симметрии в большинстве случаев лежит сохранение доминантности правой монокулярной системы, обнаруженной при восприятии сюжетных картинок в первой серии. Увеличение проявления симметрии в этих случаях обусловлено повторным восприятием слайдов: тот, что был воспринят ведущим глазом в первой серии, чаще всего воспринимался (узнавался) и во второй серии, по уже певедущим глазом. И к нему добавлялось восприятие слайда, вновь увиденного ведущим глазом.

Так, например, при предъявлении 10-й пары слайдов в первой серии испытуемый П. Б. дал такое описание правой картинки: «Темное звездное небо и космический корабль голубого цвета». А во второй серии опыта он описал обе картинки одновременно: «В центре — голова лошади черного цвета, проткнутая космическим кораблем». Приведенный пример показывает, как асимметрия (в данном случае правосторонняя) переходит при восприятии той же пары слайдов в симметрию.

В группе «правоглазых» испытуемых это влияние следовых процессов проявилось особенно сильно у двух испытуемых: в 9 случаях из 10 они видели во второй серии обе картинки. Большая функциональная активность правого глаза, обнаруженная в первой серии, отмечалась у них и во второй серии, по так как слайды менялись местами, то к восприятию впервые увиденной правой картинки добавлялось восприятие картинки, уже увиденной в первой серии (за счет ее узнавания), которое в данном случае осуществлялось певедущим левым глазом. Поэтому формально эти «симметричные» по результатам второй серии опыта должны были бы считаться «правоглазыми». Такой переход из выраженной асимметрии (в первой серии) в симметрию (во второй серии) прослеживался и по другому показателю — по соотношению оценок восприятия слайдов, предъявленных слева и справа. В первой серии это соотношение для группы правоглазых выглядело как 3,3: 10,1, а во второй серии — как 7,5:9,3, т. е. наблюдалось как бы уравнивание оценок активности монокулярных систем.

Влияние следовых процессов выявляется и при подсчете частоты повторяемости восприятия тех картинок, которые уже были восприняты в первой серии. Такие повторы обнаружены во всех выделенных группах, но частота их различна: у «правоглазых» они встречаются в 75% случаев, у «левоглазых» — в 62%, у обеих групп с симметрией восприятия — в 90% случаев.

Факты влияния следовых процессов на восприятие картинок во второй серии и неоднозначность этого влияния привели нас к необходимости искать другие способы качественного анализа экспериментальных данных этой серии.

Адекватным способом, позволившим выявить устойчивые показатели асимметрии, стал анализ количества слайдов, воспринятых во второй серии впервые. Естественно, что этот способ мог быть применен только к группам испытуемых с асимметрией зрительного восприятия («правоглазым» и «левоглазым»), так как в группе с симметричным восприятием уже в первой серии опыта воспринимались в каждой паре слайдов обе картинки.

При анализе результатов «правоглазых» испытуемых было установлено, что количество картинок, воспринятых правым глазом во второй серии, у них намного превышает тот же показатель для левого глаза (7,1 и 1,8 картинки в среднем соответственно, р<0,001). Аналогичная картина, но с обратным знаком наблюдалась в группе «левоглазых». Все испытуемые этой группы активнее воспринимали слайды, предъявляемые левому глазу, чем правому. Причем асимметрия здесь оказалась глубже и стабильнее, чем в группе «правоглазых» испытуемых: во второй серии у «левоглазых» соотношение количества картинок, снова воспринятых левым глазом, по сравнению с правым, еще более значительно (оно составляет 9,2 и 0,8 картинки соответственно, р<0,001).

Таким образом, путем качественного анализа удалось установить, что в группах с асимметрией зрительного восприятия ранее установленный знак асимметрии является устойчивым: испытуемые, выделенные как «правоглазые», остались и во второй серии «правоглазыми», а «левоглазые» — «левоглазыми».

Для группы испытуемых, выделенных по результатам проведения первой серии опытов как характеризующихся симметрией зрительного восприятия, были применены другие способы качественного анализа. Так, сохранение индивидуальных особенностей восприятия во второй серии опытов у группы «адекватных» испытуемых можно продемонстрировать с помощью матрицы показателей восприятия и узнавания всех 10 пар слайдов.

В матрице приведены индивидуальные соотношения оценок восприятия левых и правых слайдов (в баллах)

Матрица показателей асимметрии восприятия (первая серия) и узнавания (вторая серия) в группе испытуемых, адекватно реагировавших на силу воздействия стимулов (в баллах) по каждому испытуемому в обеих версиях опытов. Как видно из матрицы, испытуемые этой группы в первой серии чаще видели один из пары неравных слайдов и, как правило, именно тот, который является более ярким и броским. Напомним, что это как раз тот показатель, по которому и составлена группа «адекватных». Во второй серии, где слайды менялись местами, наблюдалась такая Же картина: снова воспринимался тот же наиболее яркий и броский слайд, но он уже находился перед другим глазом, и, следовательно, его восприятие можно расценить как результат доминирования другого глаза. Смена знака асимметрии восприятия легко прослеживается в матрице, если соединить мысленно показатели повторного восприятия одних и тех же слайдов. В этом случае наглядно вырисовывался паттерн, характерный для испытуемых данной группы.

Закономерность смены знака асимметрии во второй серии опытов, характерную для данной группы испытуеемых, легко проследить на примере испытуемой Е. Щ. В первой серии опытов более сильным в первой паре был правый слайд; он и был воспринят. Во второй серии этот слайд предъявлялся слева, и испытуемая снова видела его, но это уже было результатом проявления эффекта доминирования левого глаза, а не правого (как в первой серии). Совершенно так же воспринимаются пары 2, 6, 9 и 10, где более сильный слайд расположен также как при проведении первой серии справа, а во второй серии — слева. В парах 4, 5 и 8, наоборот, более сильные по своему воздействию слайды расположены слева при проведении первой серии, и, соответственно этому, именно они воспринимаются левым глазом. При проведении второй серии более сильные слайды, будучи расположенными справа, воспринимаются правым глазом. В парах 3 и 7, где слайды по силе воздействия одинаковы, эта испытуемая воспринимает оба слайда (в третьей паре) или один — левый (в седьмой паре). Другие испытуемые этой группы, как можно это видеть в матрице, имеют, в сущности, тот же паттерн перцепции, в котором отображается устойчивый характер восприятия, его адекватность и сопряженность с силой предъявляемых слайдов. Об этом же свидетельствует и соотношение баллов, отражающее равную активность обеих монокулярных систем.

Другая группа испытуемых с симметрией восприятия, видевшая в первой серии чаще обе картинки одновременно, во второй серии опыта также характеризовалась устойчивостью зрительного восприятия. Об этом свидетельствовал такой показатель, как количество повторно пар- новоспринимаемых картинок: средний балл за одновременно воспринятые пары картинок у этих испытуемых составлял в первой серии 6,1, а во второй серии — 5,7. В целом же этот показатель значительно превышает соответствующие показатели других групп испытуемых (достоверность различий между этими показателями от 0,05 до 0,001).

Рассмотрим особенности перцептивных процессов, наблюдавшихся при восприятии третьей пары слайдов. Рисунки в этой паре расположены не в центре слайдов, а смещены к носовым областям полей зрения. Это обеспечивает их проекцию в височные зоны сетчаток обоих глаз. По цветовой гамме и композиции данные рисунки приблизительно однаковы и считаются равнодействующими. Восприятие этих рисунков почти у всех испытуемых (у 26 человек в первой серии и у 19 человек во второй серии) происходило одинаково: проекция в височные зоны обусловливала их контралатеральный перенос, в результате которого левый рисунок виделся справа, а правый — слева. Иначе говоря, и здесь, при восприятии сюжетной информации, проекция раздражителей в височные зоны вызывала появление фантомных образов, местоположение которых имело иные зрительные направления, чем местоположение вызывающих их изображений. Важно отметить, что вторая пара слайдов, также оцененная нами как равнодействующая (№ 7), к подобному эффекту не приводила: здесь тоже (как и при восприятии пары рисунков № 3) количество параллельно воспринятых картинок было весьма значительным (у 18 человек в первой серии и у 16 — во второй); при этом они воспринимались частично совмещенными и наложенными друг на друга, но без эффекта контралатерального переноса изображений.

Анализ композиции рисунков на этих слайдах показал, что они имеют равномерное распределение деталей по полю зрения и не имеют смещения к носовым областям полей зрения.

Таким образом, если в первой серии наших опытов изучались чисто перцептивные процессы, то структура перцептивных действий во второй серии опытов отличается включением следовых процессов памяти. Ведь известно, что уже после однократного предъявления заданного эталона происходит его запечатлепие, образуется, говоря словами И. С. Беритова, психонервный комплекс представления, обладающий свойствами устойчивой образной памяти и легко репродуцирующийся под влиянием того или иного сходного компонента внешней обстановки. Это тем более верно, что заданный в нашей методике эталон — яркие и образные детские рисунки легко запоминаются и воспроизводятся, так как в процесс их восприятия включаются и эмоциональные компоненты.

В связи с этим понятно, что повторное предъявление детских рисунков (в их зеркальном расположении) приводило к наслоению следов от уже виденного в первой серии на вновь воспринимаемое ведущим глазом изображение. О таком наслоении образно говорил И. П. Павлов: «При страшной сложности работы больших полушарий, по-видимому, имеется такой принцип: все то, что было образовано, не переделывается, но остается в том же виде, а новое лишь наслаивается,— это является основным».

Очевидно, что следовые процессы образной памяти, включенные в систему перцептивных действий, частично маскируют истинную картину проявлений индивидуальной асимметрии зрительного восприятия, так как структура перцептивных действий при первичном и вторичном предъявлении стимульного материала различна. Именно в связи с этим пришлось отказаться от широко принятой в дихотических тестах суммарной оценки результатов двух серий предъявлений стимульного материала и рассматривать их раздельно.

Не исключено, что аналогичным образом фактор повторного предъявления стимулов может сказываться и на показателях асимметрии восприятия, выявляемых другими дихотическими тестами. Возможно, что суммарная оценка в них также нивелирует индивидуальную картину асимметрии, затушевывая ее истинный характер. Видимо, в каждом конкретном случае необходим тщательный анализ структуры самого процесса восприятия и входящих в него компонентов.

Учитывая приведенные выше соображения, можно полагать, что для выявления индивидуального характера асимметрии зрительного восприятия семантической информации стимульный материал должен предъявляться однократно. Такому условию отвечала первая серия наших опытов, на основании результатов которой и выявлялась индивидуальная картина асимметрии — симметрии перцептивных процессов. Как показала наша практика, данные второй серии опытов могут быть в основном использованы для изучения асимметрии в проявлении следовых процессов в зрительном акте, хотя, применяя специальные способы анализа, можно вычленить и показатели индивидуального характера асимметрии перцептивных процессов.

Анализ результатов исследования восприятия содержательной информации в условиях гаплоскопического зрения показал преобладание асимметрии над симметрией. Оказалось, что не только отдельные системы бинокулярного зрения несут различные функции (о чем речь шла в предыдущей главе), но и монокулярные системы не равнозначны.

Было установлено, что у 52,2% испытуемых доминирует правый глаз, у 21,8% — левый, у 26% наблюдалось отсутствие доминантности, т. е. симметрия. Факты численного преобладания лиц с ведущим правым глазом по сравнению с лицами, у которых превалирует левый глаз, и факты значительного преобладания асимметрии над симметрией согласуются с закономерностями, установленными в исследованиях других зрительных функций.

Вместе с тем в нашей работе получен весьма неожиданный факт более глубокой выраженности левосторонней асимметрии зрительного восприятия по сравнению с правосторонней. Более того, именно «левоглазые» испытуемые продемонстрировали и большую устойчивость преобладания левосторонней асимметрии, обнаруженную при сравнении результатов двух серий экспериментов.

Исследования, проведенные в экспериментально созданных условиях разделенного зрения, позволили раскрыть механизмы деятельности монокулярных систем, поставленных в конкурирующие отношения. Адресованность двух различных картинок к обоим глазам одновременно (каждой из них к своему глазу) обусловливала возникновение двух соответствующих перцептивных образов. И несмотря на то что предъявляемые картинки имели сюжетный характер, были композиционно структирированы и адресовались корреспондирующим зонам центрального и периферического зрения, борьбы полей зрения практически не происходило. В большинстве случаев не происходило также и бинокулярного наложения: более 70% испытуемых нашей выборки имели достаточно четко выраженное доминирование правого или левого глаза.

Относительное доминирование правого глаза, так же как и активность левой височной зоны, свидетельствует о ведущей роли левого полушария в процессах восприятия семантической зрительной информации. В то же время анализ результатов второй серии опытов свидетельствует о значении в осуществлении зрительных функций, в частности узнавания, и правого полушария. В условиях повторного предъявления слайдов (в их зеркальном расположении) во второй серии опытов имеет место перераспределение количества слайдов, воспринятых левым и правым глазом, в пользу левого глаза, имеющего преимущественные контралатеральные связи с правым полушарием. Кроме того, и активизацию процессов узнавания можно рассматривать как показатель правополушарной доминантности, так как хорошо известно, что за осуществление процессов узнавания ответственно именно правое полушарие. Поэтому если по результатам первой серии опытов можно говорить о вовлечении в процессы восприятия левого полушария, то по результатам второй серии — об активации правого.

Заслуживает обсуждения и вопрос о совпадении типов асимметрии восприятия в бинокулярном и монокулярном зрении. В главе II на основе анализа наших и литературных данных были выделены три основные формы асимметрии: правостороннее доминирование, левостороннее доминирование и отсутствие ведущего рецептора. Причем в этом последнем случае еще Г. А. Литинским были описаны две формы отсутствия ведущего глаза: неустойчивая доминантность (когда в зависимости от ситуации ведущим оказывается то правый, то левый глаз) и так называемое циклопическое зрение (когда ведущий глаз отсутствует полностью и при бификсации глаза испытуемого устанавливаются так, что фиксируемый объект находится строго по центру, на оси условного циклопического глаза).

Циклопическая симметрия — самая редкая форма отсутствия ведущего глаза. По данным Г. А. Литинского, она наблюдается всего у 1% здоровых людей. С нашей точки зрения, эта форма симметрии является самой интересной и загадочной. Какой-то ее аналог, видимо, можно было наблюдать и в условиях монокулярного гаплоскопического зрения. Речь идет о варианте восприятия, когда описываются обе картинки одной пары в соответствии с их действительным местоположением. Причем такое одновременное восприятие, «сепарирование», является параллельным: картинки не мешают друг другу, не совмещаются и не накладываются.

В опытах по изучению процесса образования фузионного образа с одной испытуемой, обладающей таким типом восприятия, было установлено, что проекция раздражителей в височные зоны периферического зрения не вызывает у нее появления фантомных образов: испытуемая видела и показывала раздражители в строгом соответствии с их действительным местонахождением, и они не обладали свойством неустойчивости к внешнему воздействию. Иначе говоря, вместо фантомных обрезов у этой испытуемой формировались перцептивные, не отличающиеся от тех, которые формировались у нее (как и у других испытуемых) при проекции раздражителей в носовые зоны. Кроме того, проекция раздражителя из центральной зоны зрительного поля в обе височные зоны одновременно не вызывала у этой испытуемой феномена диплопии: она снова видела и показывала раздражитель в строгом соответствии с его действительным местоположением, и не двоящимся, а одиночным. Следует помнить, что и Г. А. Литинский, описывая людей с циклопической формой фиксации (и отсутствующим ведущим глазом), с большим удивлением отмечал, что и диплопия у них не возникает при восприятии объекта, находящегося на одной зрительной оси с фиксируемым. Отсутствие диплопии у нашей испытуемой, наряду с параллельным зрением в условиях гаплоскопии, позволило предположить у нее циклопическое зрение.

Заключая обзор экспериментальных данных, представленных в этой главе, следует отметить, что асимметрия, установленная на основе анализа психофизиологических процессов (с помощью фузионной методики), имеет место и при восприятии семантической информации, где также обнаруживается правосторонняя доминантность в функциях монокулярных систем.

Уместно также сделать вывод о диагностической ценности диоптической методики, с помощью которой определяется асимметрия в деятельности монокулярных систем при восприятии семантической информации.

загрузка...