Асимметрия основных функций бинокулярного зрения у заикающихся

В опытах по изучению процесса формирования фузионного образа приняли участие 20 заикающихся. Все испытуемые начали страдать заиканием вследствие испуга или психической травмы: 17 — с 3—5 лет, 3 — с 8—9. 8 испытуемых из 20 имели ближайших родственников, также страдавших заиканием, у некоторых из испытуемых в роду были левши (3 человека), у родственников других отмечалось небольшое косоглазие. Только у 6 человек из этой выборки не встречалось заикания, косоглазия и левшества среди ближайших родственников.

Кроме того, исследование, проведенное по опроснику Аннет, используемому для выявления признаков леворукости и амбидекстрии, позволило установить, что среди самих испытуемых данной выборки имеется двое переученных левшей, которые выполняют многие спортивные и трудовые действия левой рукой, но пишут правой. Выявлен также один амбидекстр, с одинаковой легкостью выполнявший указанные действия и правой, и левой рукой.

Жалоб на недостаточность бинокулярного зрения больные этой выборки не предъявляли, хотя у четырех из них нами было установлено наличие небольшого косоглазия. Один из испытуемых отметил имеющиеся у него отклонения в дветоразличении, ссылаясь при этом на трудность при определении некоторых оттенков.

Проба на определение ведущего глаза по бификсадии объекта в пространстве позволила выявить в этой группе испытуемых преобладание правого глаза у 15, левого — у 3 и отсутствие ведущего глаза у 2 человек. Сочетание левой ведущей руки с преобладанием левого глаза в бификсадии объекта было характерно только для одного испытуемого. У других наблюдались самые разнообразные сочетания признаков нестабильной латерализадии функций руки и глаза.

Следует еще отметить то, что двое из этой выборки при выполнении задания по бификсации объекта в пространстве не могли произвольно закрывать отдельно правый глаз, хотя легко закрывали левый или оба глаза вместе.

Таким образом, практически у каждого испытуемого нашей выборки отмечались те или иные отклонения от нормальной латерализации функций. Напомним, что именно отсутствие таких отклонений послужило основанием для отбора испытуемых в контрольную группу взрослых здоровых испытуемых (20 человек), данные которой будут использоваться здесь для сравнения.

Детальному описанию фузионной методики, с помощью которой проводились опыты по изучению закономерностей формирования фузионных образов, уделено достаточное внимание в главе II. Напомним только, что для демонстрации слайдов использовался простейший прибор, обеспечивающий раздельную стимуляцию различных зон сетчатки левого и правого глаза. Испытуемому предлагалось показывать указкой видимые им «на просвет» раздражители (точки и линии) с наружной стороны экрана.

При изучении центрального и периферического зрения раздельно или совместно стимулировались: а) фовеальные зоны, б) носовые зоны, в) височные зоны сетчаток левого и правого глаза. Всего проводилось с каждым испытуемым по 8 серий опытов (в каждой по 3 варианта предъявлений). Результаты экспериментов обрабатывались теми же способами, что и материалы контрольной выборки испытуемых, благодаря чему появилась возможность сопоставить данные групп, страдающих заиканием, и здоровых взрослых испытуемых.

Изложение результатов исследования особенностей бинокулярного зрения заикающихся целесообразно начать с анализа данных, полученных при изучении центрального зрения.

При обследовании центрального зрения у заикающихся была выявлена яркая отличительная особенность. Для 18 из 20 испытуемых этой группы характерными оказались трудности в самом акте слияния двух фиксационных точек в одну фузионную. Эти субъективные трудности выражались словами: «Точки плывут к середине и разъезжаются», «Точки то гаснут, то зажигаются», «Никак точки не совмещаются в одну». Многим из этих испытуемых требовалось довольно длительное время, чтобы точки, находившиеся в центре каждого из экранов (левого и правого), слились в одну, и часто фузионный образ этих точек был у них не стабилен и легко распадался.

Далее, 4 человека из 20 показывали фузионный образ двух точек не на месте одной из предъявляемых точек, как испытуемые контрольной группы, а несколько смещенным к центру, в стороне от их действительного расположения. Такая смещенная локализация фузионного образа свидетельствовала о некотором нарушении зрительно-моторных функций и о недостатках фузионного процесса. При этом следует отметить, что подобные трудности формирования фузионного образа и его нестабильность в контрольной группе, как правило, не отмечались.

Другой отличительной особенностью функций бинокулярного зрения в группе заикающихся явилась высокая вариативность в локализации стимулов, предъявляемых как центральному, так и периферическому зрению. Если реакции здоровых испытуемых были, как правило, стабильными (при повторных предъявлениях следовали тождественные ответы), то для группы заикающихся характерной оказалась высокая вариативность ответов, что свидетельствовало о нестабильности их восприятия. Все же благодаря многократной стимуляции центральных и периферических зон сетчатки у заикающихся удалось выявить определенные закономерности функционирования основных систем бинокулярного зрения.

Стимуляция височных зон сетчаток обнаружила определенные, закономерно повторяющиеся отклонения в их функционировании у заикающихся: в половине случаев (51,5%) у них формировались перцептивные образы вместо фантомных. При этом в частоте формирования перцептивных образов проявлялась четко выраженная правосторонняя асимметрия. Наши данные показывают, что при одновременной стимуляции височных зон правого и левого глаза у заикающихся обнаруживаются различия в функциях левой и правой зон: левая височная зона функционирует почти так же, как и в норме, порождая фантомные образы, но частота продуцирования фантомных образов у заикающихся все же меньше, чем в контрольной группе (70 и 85% соответственно).

Практически то же явление наблюдается и при изолированной стимуляции височной зоны левого глаза. Здесь соотношение частоты появления фантомных и перцептивных образов выглядит следующим образом: 66% к 34% — у заикающихся и 85% к 15% — в контрольной группе, т. е. разница в продуцировании фантомных образов у заикающихся и в норме составляет 19% (85—66%), и можно сказать, что им присущи те же тенденции: при стимуляции височной зоны сетчатки левого глаза возникают преимущественно фантомные образы.

Совсем иначе обстоит дело при проекции стимула в височную зону правого глаза. У заикающихся по сравнению с испытуемыми контрольной группы в этом случае наблюдается прямо противоположная картина, и особенно при изолированной стимуляции этой зоны: перцептивные образы у них возникают в 70% случаев, а фантомные — только в 30%. А в норме при этой стимуляции, напротив, перцептивные образы появляются в 30% случаев, а фантомные — в 70%.

Таким образом, стимуляция височной зоны сетчатки правого глаза по сравнению с левосторонней стимуляцией приводит к разнонаправленным результатам: при правосторонней стимуляции вместо фантомных образов в основном возникают перцептивные, тогда как левая височная зона функционирует почти без отклонений.

Обнаружение этого удивительного факта привело нас к необходимости более детально изучить индивидуальные особенности восприятия каждого заикающегося.

В этой таблице функции носовых и височных зон представлены объединенными по принципу их корреспонденции — носовая одного глаза с височной другого. В левой части таблицы представлено количество возникновения перцептивных и фантомных образов при стимуляции корреспондирующих зон, проецирующихся в левое и правое полушария; в правой — отмечены случаи нормального и аномального функционирования отдельных зон. Следует отметить, что за норму мы принимали те случаи, когда все 3 предъявления или 2 из 3 вызывали соответствующую норме реакцию; аномальными считались случаи, когда 2 предъявления из 3 или все 3 предъявления вызывали аномальную реакцию.

Анализ данных показывает, что четверо испытуемых (№ 1, 2, 3, 4) при нормальных функциях носовых зон имеют аномалию функций обеих височных зон. 11 человек (№ с 5 по 15) имеют недостаточность только правой височной зоны при нормальном функционировании левой, трое (№ 16, 17, 18) —недостаточность только левой зоны при сохранности правой. Из всей этой выборки заикающихся только двое испытуемых (№ 19, 20) имели полностью сохранные функции формирования зрительных образов левого и правого глаза. В сумме аномалии корреспондирующих зон, проецирующихся в левое полушарие (носовая правая и височная левая), составили 45%, а аномалии корреспондирующих зон, проецирующихся в правое полушарие, — 90%. Эта разница статистически достоверна и получается за счет различий в функциях височных зон — функции левой и 104 правой височных зон не совпадают, так как при стимуляции левой в основном продуцируются фантомные образы, а правой — перцептивные.

В то же время есть литературные данные о том, что другие нарушения речи, в частности алалия, чаще сопровождаются признаками не правополушарной, а левополушарной недостаточности.

Сопоставление индивидуальных количественных показателей функционирования височных зон сетчатки левого и правого глаза у заикающихся показывает, таким образом, что формирование перцептивных образов вместо фантомных при правосторонней стимуляции, т. е. при адресованности к правому полушарию,— устойчивое явление: оно возникает у 75% нашей выборки. В то же время височная зона левого глаза, связанная с левым полушарием, функционирует у этой выборки испытуемых аномально только у 35% испытуемых; в остальных 65% случаев височная зона левого глаза продуцирует, как и в норме, фантомные образы.

Следует подчеркнуть, что отмеченные закономерности восприятия у выделенной группы испытуемых носят стабильный характер: повторная стимуляция дает одни и те же результаты, о чем свидетельствует количество стабильно возникающих ответов (3 или 2 одинаковых ответа из 3 случаев проекции).

Существование аномалий функций височных зон периферического зрения у этих испытуемых подтверждается также результатами опытов по изучению диплопии.

Эксперименты, проведенные в полной аналогии с опытами на основной выборке испытуемых, показали, что у 13 заикающихся из 20 (у 65%) имеют место различные отклонения в возникновении диплопичных образов при проекции одного раздражителя в обе височные зоны одновременно. Напомним, что в норме в условиях этих экспериментов мы получаем перекрестную диплопию и при этом оба диплопичных образа являются фантомными.

У 4 из этих 13 заикающихся функция диплопии отсутствует полностью, а у остальных она имеет односторонний характер.

При полном отсутствии диплопии стимул, помещенный в центр зрительного поля, не двоился, т. е. вместо фантомных образов формировался перцептивный. При односторонней диплопии одним глазом продуцировался фантомный образ (в соответствии с нормой), в то время как посредством второго формировался перцептивный, что для данных условий является аномальным.

И снова в случаях односторонней диплопии со всей отчетливостью выступила правосторонняя асимметрия: диплопия отсутствовала в 7 случаях проекции стимула в правую височную зону и в 2 случаях — в левую височную зону. Эти цифры можно сопоставить с литературными данными о количестве случаев отсутствия диплопии у взрослых здоровых людей разного возраста. На выборке здоровых испытуемых, состоящей из 600 человек, отсутствие диплопии установлено только в 1% случаев, и именно у тех, кто отличался определенным типом отсутствия ведущего глаза (так называемый циклопический тип). Таким образом, если в норме феномен диплопии отсутствует редко, то у испытуемых эта аномалия проявляется более чем в половине количества случаев (65%).

Анализируя функции корреспондирующих зон периферического зрения и прослеживая их проекцию в мозговые полушария, мы можем получить представление о роли левого и правого полушарий в бинокулярном зрении у взрослых заикающихся.

Нашими опытами установлено, что пара корреспондирующих зон, имеющая проекцию в правое полушарие и состоящая из правой височной и левой носовой зон периферического зрения, функционирует у большинства наших заикающихся испытуемых аномально. В то же время пара корреспондирующих зон, связанная с левым полушарием, у большинства из них функционирует нормально.

Итак, анализ основных функций бинокулярного зрения у взрослых заикающихся показал их некоторые специфические особенности. К ним относятся трудность фузионных процессов, недостаточность репродуктивной функции и продуцирования фантомных образов, а также асимметрия зрительных функций и большая симметрия в деятельности парных рецепторов не только зрительного, но и других анализаторов.

В выборе контингента испытуемых мы исходили из имеющегося в литературе представления о невыраженности у заикающихся левополушарной доминантности по речи. Распределение речевых центров по обоим полушариям не могло не оказать влияния на организацию других церебральных функций, и в том числе зрения. Поэтому естественно было предположить, что не только речь, но и зрение будут обусловлены у заикающихся симметрией мозгового представительства. Опыты, проведенные нами, показали, что это действительно так: во всех исследованиях парных анализаторов у значительной части заикающихся наблюдалась более или менее выраженная симметрия функций. Так, количество случаев отсутствия ведущего глаза и случаев симметричного восприятия двух слайдов в условиях гаплоскопического зрения (диоптическая методика) у заикающихся значительно больше, чем у здоровых правшей. Больше у них и случаев симметрии в формировании перцептивных и фантомных образов (фузионная методика).

Симметрия восприятия у заикающихся выявляется также в слуховом и моторном анализаторах, где обнаруживаются случаи отсутствия ведущего уха по дихотической методике и ведущей руки (амбидекстрия) по методике зрительно-моторных координаций.

В результате проведенных нами опытов было установлено значительное соответствие у заикающихся индивидуальных проявлений симметрии в системах разной модальности. Так, например, по показателям диоптической методики шесть случаев симметричного восприятия (из восьми) наблюдались именно у тех испытуемых, у которых с помощью методики дихотического прослушивания определялось двуполушарное представительство речи. При этом следует подчеркнуть, что, несмотря на достаточно четко выраженное увеличение симметрии в деятельности анализаторов, имеющих парные рецепторы и парное мозговое управление, именно билатеральные процессы у заикающихся оказались наиболее неустойчивыми и уязвимыми. Так, аномалии зрительного восприятия сюжетных картинок, отличия моторной реакции по времени ее выполнения, максимальное количество специфических ошибок слухового восприятия (ослышек) имели место у заикающихся при билатеральной стимуляции и значительно меньше были выражены в условиях монолатерального воздействия. Кстати, факт недостаточности билатеральной регуляции и отставание в развитии сложных синергичных движений рук и ног у детей, страдающих заиканием, достаточно широко представлен в логопедической литературе.

Изучение бинокулярного зрения у заикающихся показало, что для них характерно большое количество разнообразных аномалий в его функциях. К их числу относятся, например, такие, как трудность фузионного рефлекса и анизейкония.

Трудность фузионного рефлекса в центральном зрении выражалась у заикающихся в длительности и нестойкости слияния двух монокулярных образов в один бинокулярный. Она имела место при проекции двух фиксационных точек в зоны центрального зрения, о чем подробно говорилось ранее. Анизейкония обнаружена у заикающихся в условиях диоптической методики при восприятия одной и той же картинки сначала одним глазом, а потом другим. Она заключается в несовпадении размеров образов, формирующихся при восприятии левым и правым глазом.

Обе эти аномалии широко известны как симптомы косоглазия и еще не описаны у заикающихся, в большинстве случаев не имеющих видимых нарушений в содружественных движениях глаз.

Говоря о трудности образования фузионного рефлекса в центральном зрении заикающихся, мы пока не имеем однозначного объяснения этого явления. Вероятно, как одну из причин можно предположить свойственную заикающимся анизейконию, обусловленную спецификой межполушарных отношений в осуществлении их зрения. Известно, что достаточно выраженные формы анизейконии исключают фузию и предполагают затормаживание одного из монокулярных образов во избежание двоения.

Наиболее существенной аномалией бинокулярного зрения у заикающихся является недостаточность дифференциации функций носовых и височных зон периферического и центрального зрения. Оказалось, что в целом ряде случаев, а в отношении правой височной зоны можно даже сказать, что в абсолютном большинстве случаев, репродуктивные системы периферического и центрального зрения у заикающихся не выполняют свою функцию в продуцировании фантомных образов. Эта аномалия в функциях бинокулярного зрения имеет две формы: возникновение одного вида образов вместо другого (как правило, перцептивных вместо фантомных) или отсутствие восприятия стимула. Эти виды нарушений функций бинокулярного зрения проявлялись в разных экспериментальных условиях: в условиях дифференцированной активности отдельных зон периферического зрения (при применении фузиониой методики) имело место продуцирование одних образов вместо других; в условиях одновременного зрения и борьбы полей зрения (при применении диоптической методики) — отсутствие восприятия. Интересно, что и для тех и для других условий самым характерным для наших выборок заикающихся было нарушение функций не левой, а правой репродуктивной системы, связанной с правой височной зоной и правым полушарием. Выше уже приводились данные об аномалиях функций носовых и височных зон периферического зрения, попарно объединенных по принципу их корреспонденции. Эти данные демонстрируют четкую зависимость аномалий в функциях корреспондирующих зон от того, с каким полушарием они связаны. Общее количество аномалий в функциях зон, проецирующихся в правое полушарие, у заикающихся вдвое больше, чем в функциях зон, проецирующихся в левое полушарие. Судя по этим данным, можно предположить у данного контингента заикающихся недостаточность правополушарных функций, которая больше всего проявляется в неспособности правого полушария продуцировать репродуктивные фантомные образы.

Собственно, к тому же заключению можно прийти и в результате анализа данных по асимметрии функций центрального зрения. Данные опытов, проведенных по двум методикам (бификсации объекта в пространстве и методике «дырочка в карте»), показали выраженную правостороннюю асимметрию.

Психофизиологические механизмы, лежащие в основе этого явления, можно представить следующим образом: рецепторы фовеальных зон имеют связи с мозговыми центрами обоих полушарий, и перцептивный образ формируется в том случае, если актуализируется связь рецепторов фовеа с нейронами IV слоя зрительной коры контралатерального полушария. Фантомные образы, напротив, продуцируются рецепторами фовеальных зон во втором случае, если активизируется их связь с нейронами ипсилатерального полушария.

Учитывая это, можно представить, что утрированная правосторонняя доминантность в акте бификсации является показателем формирования правым глазом преимущественно перцептивных образов. Иначе говоря, можно предположить, что правый глаз зрительного анализатора заикающихся участвует в формировании перцептивных образов не только при проекции стимула в контралатеральное полушарие, но и при его связи с ипсилатеральным (правым) полушарием.

Эти данные можно рассматривать как подтверждение гипотезы Дж. Леви — Т. Нагилаки об участии непересекающихся нервных путей и ипсилатерального полушария в осуществлении психических функций при нетипичных межполушарных отношениях. Дж. Леви и Т. Нагилаки показали возможность обусловленности ведущей руки ипсилатеральными моторными путями (правополушарные правши и левополушарные левши).

И совершенно удивительно, что и здесь со всей очевидностью выступает асимметрия зрительных функций. Замена репродуктивных функций перцептивными характерна для зрительной системы правого полушария и не характерна для левого полушария.

Следует сказать, что недостаточность правополушарных функций у заикающихся, в принципе, можно было бы заранее предположить по той симптоматике, которая для них характерна и давно описана. Здесь имеются в виду такие особенности речи заикающихся, как отсутствие интонаций, бедность эмоциональной окрашенности, нарушения ритма и темпа. Отметим также, что при нетипичной латерализации моторных функций (у левшей) тоже отмечается недостаточность правополушарных функций, выражающаяся в снижении невербальных способностей.

Следовательно, проведенные нами опыты дают возможность описать некоторые психофизиологические механизмы изменений в деятельности зрительного анализатора при нетипичной латерализации речевых функций. Они показывают, что у заикающихся, часто имеющих отклонения в латерализации речевых центров и двуполушарное представительство речи, нейрофизиологическая организация зрительных функций одного из полушарий, обычно правого, часто не обеспечивает продуцирования репродуктивных фантомных образов. И совершенно естественно, что именно эти, наиболее сложные функции, связанные с деятельностью эволюционно наиболее поздних репродуктивных систем зрительного анализатора, страдают в случаях недостаточности в организации межполушарных отношений.

Можно предположить, что заикание как дефект речи и возникает чаще на почве нетипичного распределения речевых функций по полушариям, имеющего довольно широкое распространение. Новые методы исследования, и в первую очередь проба Вада, временно выключающая одно из полушарий, подтвердили данные А. Р. Лурия о возможности правостороннего и двустороннего распределения речи по полушариям.

Очень интересны факты, которые мы получили при сопоставлении у одних и тех же испытуемых локализации речевых центров (методикой дихотического прослушивания) и недостаточности функций носовых и височных зон периферического зрения (фузионной методикой). В результате этого сопоставления обнаружилось, что у заикающихся функция репродукции фантомных образов обычно сохраняется в полушарии, доминантном по речи, и нередко нарушается в полушарии, не ответственном за организацию слухоречевых функций. Незначительное количество наблюдений не позволяет сделать определенный вывод о взаимообусловленности этих явлений, но мы может говорить, что здесь обнаруживается тенденция. Эта тенденция заключается в том, что функции продуцирования фантомных образов (в случаях отклонений от типичной модели организации бинокулярного зрения у заикающихся), видимо, чаще обеспечиваются полушарием, доминантным по речи.

В исследовании установлен и еще один поразительный факт: даже самые глубокие нарушения бинокулярного зрения, которые были зафиксированы у некоторых заикающихся, носили нестабильный характер и перемежались случаями адекватного восприятия. Напомним, что среди нарушений бинокулярного зрения были такие необыкновенные случаи, как, например, дублированное восприятие слайда с поворотом дубля, видимого в ахроматическом варианте, на 90—180°; зеркальное восприятие рисунка, предъявляемого одному глазу; ощущение объемности при монокулярном восприятии; так называемое одновременное зрение, не сливающее монокулярные изображения и позволяющее видеть каждым глазом свою картинку, и др. Поразительно, что все эти нарушения, обнаруженные нами в условиях эксперимента, по- видимому, не проявляются в повседневной жизни страдающих заиканием; никто из них не предъявлял жалоб на недостатки своего зрения и не осознавал, что воспринимает информацию искаженно.

Нестабильность отклонений, отмеченная выше, касалась прежде всего восприятия содержательной информации и была в ряде случаев значительно менее выраженной при исследовании отдельных функций бинокулярного зрения, где, наряду с относительной нестабильностью аномалий функций височных и носовых зон, мы наблюдали немало случаев полного отсутствия функций продуцирования фантомных образов и феномена диплопии. Кстати напомним, что именно в таких случаях, как компенсация недостаточности фузионных процессов, в опытах по изучению стереовосприятия у испытуемых легко активизировался стереоскопический эффект и ощущение глубины быстро возникало при восприятии ими стереоскопических пар.

Функциональный характер нарушений бинокулярного зрения позволяет поставить вопрос о том, врожденными или средовыми особенностями они определяются. В отношении бинокулярного зрения известно, что оно формируется в процессе онтогенетического развития. Напомним об опытах, проведенных на животных. Они показали, что временное выключение одного из глаз в период сензитивного развития исключает формирование бинокулярных нейронов. А путем морфологических исследований на человеке установлено, что даже такие нервные структуры, как макула, созревают

постепенно. Возможно также прижизненное формирование ложной макулы, обусловленное, например, косоглазием. Все эти факты позволили бы предположить, что нарушение латерализации зрительных функций и связанные с ними аномалии бинокулярного зрения определяются средовыми факторами, если бы не многочисленные случаи семейных отклонений в латерализации сенсорных и моторных функций у заикающихся. По показателям этих семейных отклонений, напротив, можно предположить наследственный и в значительной мере врожденный характер особенностей асимметрии зрения.

Итак, исследование бинокулярного зрения заикающихся подтвердило обоснованность предположения о роли латерализации церебральных функций и межполушарных отношений в организации билатеральных процессов.

Исследование заикающихся, привлеченных в качестве испытуемых как представителей нетипичного (симметричного) распределения речевых функций по полушариям, показало, что зрительное восприятие этого контингента испытуемых характеризуется преобладанием симметрии. Установлено также, что у заикающихся, наряду с дефектами речи, имеется значительное количество разнообразных нарушений в бинокулярном зрении, обусловленных нетипичными межполушарными отношениями.

загрузка...