Течение и формы истерии

Особенности клинической картины и течения заболевания определяются как биологическими и психическими особенностями заболевшего истерией, так и характером вызвавших заболевание причин.

При остро развившемся перенапряжении нервных процессов однократным воздействием сверхсильного для данной нервной системы раздражителя может возникнуть кратковременная реакция в виде истерического плача (истерика) или судорожного припадка.

Для появления таких реакций не обязательно наличие у больного слабого общего типа высшей нервной деятельности. Сила раздражителя может быть так велика, что вызовет невротическую, истерическую реакцию даже у человека, принадлежащего к сильному уравновешенному типу высшей нервной деятельности. Однако, эти типологические особенности обеспечивают кратковременность реакции и отсутствие закрепления ее в виде длительного заболевания.

Появление при действии сверхсильных раздражителей отдельных коротких истерических реакций может иметь место и у людей среднего, специально человеческого типа. Запредельное торможение, вызываемое действием сверхсильных раздражителей, в первую очередь распространяется на наиболее эволюционно молодую — вторую сигнальную систему. Вследствие этого, на некоторый отрезок времени берет перевес первая сигнальная система, что и обеспечивает появление истерических реакций, не перерастающих у людей среднего специально человеческого типа в длительный истерический невроз.

У людей, принадлежащих к художественному специально человеческому типу, длительно действующие или сверхсильные раздражители вызывают развитие истерического невроза, т. е. реактивной истерии.

При наиболее легких формах все заболевай не ограничивается эмоциональной неустойчивостью, склонностью к судорожному плачу, при наличии симптомов в виде истерической «комы»# кожных анастезий и ослабления рефлексов со слизистых оболочек

При более тяжелом течении заболевания клиническая картина все более усложняется. К эмоциональной неустойчивости могут присоединиться состояния патологического страха, фиксированного или не связанного с определенными раздражителями, парезы конечностей, потеря функции речи, нарушение деятельности отдельных органов чувств. Иногда имеют место судорожные припадки с галлюцинациями или без них. У других больных на фоне эмоциональной и вегетативной неустойчивости возникают явления амбулаторного автоматизма или истерические фуги. При еще более тяжелом течении истерии судорожные припадки чередуются с явлениями мутизма, парезов конечностей, длительных сумеречных состояний.

Описать все разнообразные сочетания истерических симптомов невозможно.

Наиболее тяжелое течение приобретает истерия, развивающаяся с детских лет под влиянием длительно, хронически, действующих обстоятельств, так называемая — истерия развития. Неблагоприятное течение ее объясняется тем, что болезнетворные воздействия падают на несформированную еще нервную систему, вследствие чего не только развивается заболевание, но изменяются характер и тип высшей нервной деятельности, и образуется патологический динамический стереотип. Болезненные симптомы становятся частью поведения, реакцией больных на окружающее. Нередко развивается патологическая лживость, необузданная фантазия. В эмоциональной сфере начинает преобладать эгоцентризм и вспышки аффектов, в отношениях с окружающими — деспотизм.

В качестве примера приведем следующую историю болезни.

Больная, 33 лет, по специальности инженер, в течении 8 лет не работает, считает себя больной с детства; уже тогда была болезненно впечатлительна, возбудима, страдала приступами ночного страха, особенно под влиянием страшных сказок. Семейная обстановка была неблагоприятная. В 7-летнем возрасте начались приступы истерического плача, одышки, сердцебиения.

В школьные годы обнаружила лживость и склонность к фантазиям; любила рассказывать выдуманные истории из своей жизни.

Во время студенческой жизни стала спокойнее. Собиралась выйти замуж, мечтала о жизни в столице. Вместо этого была командирована в глухую местность. Там развился страх темноты, одиночества, пространства, смерти и возобновились приступы одышки. Больная боялась одиночества и не отпускала от себя одного из товарищей, не считаясь ни с интересами работы, ни с его интересами. Позже вышла замуж за этого товарища без любви со своей стороны, но зная об его к ней привязанности и рассчитывая на его внимание.

В браке оказалась фригидной, к мужу испытывала отвращение. Продолжала жить мечтами и фантазиями. После первой беременности у нее развился парез нижних конечностей и приступы одышки. Больная заставила свою мать оставить работу и ухаживать за ней и ребенком. Через 3 месяца явления пареза прошли, но остался страх пространства: одна из дома выходить перестала. После второй беременности испытывала враждебное чувство к мужу и убедила его уехать в дальнюю и длительную командировку. Во время его отсутствия испытывала ревность и боязнь его потерять; когда он приезжал — гнала от себя, упрекала в невнимании к ней, в своей испорченной жизни.

При волнении появлялись приступы истерического смеха и плача. Была деспотична, считалась только со своими интересами, не признавала возражений и противоречий. Отношение к детям было двойственное: то ласкала их, то сурово наказывала за малейшее к ней невнимание, с их желаниями и потребностями не считалась.

Одной из особенностей течения истерии является, как уже было указано, склонность истерических симптомов появляться повторно при новом перенапряжении нервных процессов. Очевидно, перенесенное заболевание оставляет после себя следы, патологически чувствительные очаги, которые при новом перенапряжении нервной системы первыми включаются в болезненный процесс.

Течение и симптомы истерии зависят также от сопутствующих соматических и эндокринных заболеваний.

Некоторыми авторами, в том числе Т. А. Гейером, была отмечена связь истерии с нарушением деятельности щитовидной железы в виде базедовизма.

Особое место по частоте возникновения и тяжести течения занимает истерия климактерического периода. Патогенное значение при ней имеют как перенапряжение нервных процессов внешними воздействиями, так и ослабление высшей нервной деятельности под влиянием изменения и снижения содержания гормонов.

Экспериментальные исследования М. К. Петровой, проведенные на собаках, показали не только ослабление их высшей нервной деятельности при прекращении функций половых желез (кастрация), но и зависимость характера и степени этих нарушений от типа нервной системы животных. У собак слабого типа в первое время после операции наблюдалось некоторое улучшение условнорефлекторной деятельности, сменявшееся в дальнейшем полной инвалидизацией животного. Собаки сильного типа реагировали на кастрацию сразу и очень бурно; затем их нервная деятельность постепенно и частично нормализовалась и восстанавливалась. Обычно после операции имела место хаотичность или циркулярность условнорефлекторной деятельности и ослабление внутреннего торможения.

Проводить полную аналогию между действием искусственно вызванной кастрации на животных с влиянием физиологического выпадения функции половых желез у человека нельзя, но считаться с наиболее общими закономерностями действия эндокринных гормонов на высшую нервную деятельность необходимо.

Клинические наблюдения позволяют выявить у женщин в климактерическом периоде изменения ряда функций, в первую очередь кровообращения и деятельности нервной системы. Нервные процессы, главным образом внутреннее торможение, ослабевают, что способствует развитию у женщин в климактерическом периоде невротических состояний. Очень часто патологические нарушения высшей нервной деятельности в период климакса принимают форму истерического невроза.

Истерия климактерического периода может выражаться депрессивным состоянием, отличающимся от депрессии инволюционного периода меньшей глубиной угнетения и наличием истерических черт. Больные одновременно и угнетены и проявляют агрессию в отношении окружающих, обвиняют их в постигших их несчастьях, очень требовательны, деспотичны.

Часто при этом имеются соматические нарушения, дающие основание для развития ипохондрических идей и фобий.

С другой стороны, в картине климактерической истерии могут преобладать аффекты гнева, сменяющиеся угнетенным настроением, повышенная впечатлительность, судорожные припадки.

Следует отметить, что истерия в климактерическом периоде чаще развивается и тяжелей протекает у женщин, которых можно отнести к сильному общему типу высшей нервной деятельности.

Очевидно, снижение количества половых гормонов является у них дополнительным фактором, ослабляющим нервную деятельность и способствующим развитию болезненного состояния.

Остановимся на клиническом примере такого течения истерии.

Больная 40 лет, инженер. С детства веселая, энергичная, смелая. В школе хорошо училась, у товарищей пользовалась авторитетом, в классе занимала выборные должности. По окончании школы работала на заводе и занималась сначала в техникуме, затем в институте. 25 лет вышла замуж, детей не имела.

Во время войны работала на строительстве в средней Азии в очень тяжелых условиях: объекты были удалены один от другого, приходилось ездить верхом одной с участка на участок, но страха при этом не испытывала.

Гибель мужа на фронте пережила очень тяжело. Перестала спать, если же удавалось заснуть, с криком просыпалась от тяжелых сновидений. Иногда бывали гипнагогические галлюцинации, содержанием которых, как и сновидений, являлись придуманные ею сцены ранения и смерти мужа. Работу не прекращала. Через 2 года вышла замуж по спокойному дружескому чувству и взяла на воспитание племянницу. Жили дружно, больная готовилась к защите дипломного проекта. Через 3 года больная начала испытывать симптомы приближающегося климакса : приливы к лицу, иногда сердцебиения и головокружения. В то же время стала очень мнительна, ей казалось, что родственники мужа к ней плохо, с неуважением, относятся ; в связи с этим поссорилась с ними. Понизилась работоспособность. В своих неудачах упрекала мужа. Отношение к нему стало неровным: то ревновала без всякого повода, то выгоняла из дома. Так же неровно относилась к племяннице, временами била ее, затем задаривала и окружала нежностью. Вспышки гнева кончались истерическим судорожным плачем или судорожными припадками. Из истерических симптомов имели место: globus hystericus, левосторонняя гемианестезия и гиперрефлексия. Со стороны внутренних органов — лабильность пульса, колебания кровяного давления максимального в пределах от 120 до 160 мм и минимального — от 80 до 90 мм. Испытывала приливы к лицу с появлением обильного- пота и чувства жара, имели место нарушения менструального цикла.

Согласно данным анамнеза больную можно отнести к сильному, но несколько неуравновешенному типу высшей нервной деятельности с преобладанием первой сигнальной системы (художественный тип). Первую тяжелую психотравму — смерть мужа — больная перенесла хотя и тяжело, но сохраняя нервное равновесие. Зато в период начавшегося климакса на мелкие бытовые раздражители отреагировала развитием тяжелой истерии.

Особого внимания заслуживают истерические наслоения при органических заболеваниях головного мозга.

В одних случаях они выявляются на фоне незначительных остаточных явлений ранее перенесенного органического заболевания, имеющих значение лишь момента, ослабляющего нервную систему. При этом ведущее значение приобретают функциональные нарушения, развивающиеся под влиянием перенапряжения нервных процессов.

В клинической картине этих заболеваний преобладают симптомы истерии — эмоциональная возбудимость, впечатлительность, склонность к фантазии, гиперкинезы и судорожные припадки, парезы, анестезии и т. д. Несмотря на наличие органической симптоматики, лечение при этих формах заболевания должно быть направлено на функциональные нарушения и заключаться в основном в психотерапии.

Привлечение внимания больных к остаточным явлениям прошлого заболевания может лишь способствовать появлению ипохондрических идей и отвлекать их от психотерапевтического устранения патодинамических структур.

В других случаях истерическая симптоматика лишь сопровождает органическое заболевание. При таких состояниях, несмотря на наличие истерических симптомов, терапевтические мероприятия определяются основным органическим заболеванием и только часть их направляется на устранение функциональных нарушений, а прогноз определяется формой и степенью органического поражения головного мозга.

Наконец, возможно такое положение, когда истерические симптомы оказываются проявлением органического заболевания головного мозга. Так, при энцефалитах могут иметь место повышенная внушаемость, гиперкинезы, фобии и защитный двигательный ритуал, судорожные припадки. Особенно часто функциональные истерические симптомы, как проявление органического заболевания, имеют место при закрытых травмах головного мозга. Эта форма нарушений будет рассмотрена в главе об особенностях неврозов военного времени.

Дифференциальная диагностика истерии может представить затруднения в отношении органических, особенно посттравматических нарушений с истерической симптоматикой. Она основывается на данных анамнеза, типологических особенностях больного и наличии или отсутствии органических симптомов.

Иногда симптомы истерического характера встречаются в начале шизофренического процесса, особенно при медленном его развитии. Ослабление второй сигнальной системы, развитие запредельного торможения, в виде хронических гипноидных фаз, создает возможность для появления истерических симптомов.

Однако, даже в начальных стадиях такого течения шизофрении, у больных имеется апатия, ослабление интереса к окружающей жизни и специфически шизофренические особенности мышления, зависящие от нарушения логических связей.

Дифференциальная диагностика истерии с нарушениями деятельности внутренних органов на почве соматических заболеваний опирается на отсутствие органических изменений в этих органах и на наличие истерических проявлений и анамнестических указаний на предшествующее перенапряжение нервных процессов.

При соматических заболеваниях истерические симптомы и переживания, создающие перенапряжение высшей нервной деятельности, отсутствуют.

загрузка...