Исследования экспериментальной эпилепсии — ProfMedik Медицинский Портал

Исследования экспериментальной эпилепсии

Даже одиночный эпилептический припадок вызывает разнообразные функциональные нарушения. В связи с приступом кратковременно повышается кровяное давление возникают нарушения сердечной деятельности — остановка на несколько секунд с последующей брадикардией, дыхание останавливается, а затем учащается и углубляется, резко усиливается моторика желудочно-кишечного тракта. Припадок меняет секреторные и экскреторные функции, вызывает длительную секрецию слюнных желез, нарушает ход желудочной секреции на пищевой раздражитель, тормозит мочеотделение, причем изменяется и состав мочи.

Однако все эти нарушения после одиночного припадка непродолжительны, и через несколько часов функции восстанавливаются. При острой же экспериментальной эпилепсии с многочисленными припадками последствия значительно серьезнее.

Экспериментально вызванное эпилептическое заболевание обычно протекает стремительно и нередко быстро приводит животное к гибели.

В этой связи прежде всего представляет интерес ознакомление с состоянием энергетической базы организма, сдвигами в обмене веществ при экспериментальной эпилепсии.

В соответствии с характером и напряженностью самого процесса эти изменения весьма велики. Они касаются всех сторон обмена. Остановимся только на одном разделе этого обширного вопроса, сознательно упрощая и схематизируя его.

Значительная мышечная работа, производимая организмом во время экспериментальной эпилепсии, требует расхода энергии, а следовательно, и значительного расхода материалов, являющихся источником энергии. Состояние материальной и энергетической базы при экспериментально вызванном эпилептическом заболевании рисуется в общих чертах следующим образом: гликоген печени расщепляется и глюкоза в избытке поступает в кровь, поэтому с течением экспериментальной эпилепсии и уже в начале ее количество гликогена в печени падает, а уровень сахара в крови резко нарастает. Этот сахар, видимо, расходуется как горючий материал и с дальнейшим развитием эпилепсии постепенно исчезает из крови. Поэтому высокая гипергликемия, характеризующая первую фазу острой экспериментальной эпилепсии, сменяется сперва вновь нормальным уровнем сахара в крови, а затем — гипогликемией. В последних фазах заболевания, особенно в постэпилептической коме, дело может дойти до резких степеней гипогликемии. Кроме снижения уровня сахара, при экспериментальной эпилепсии налицо уменьшение таких источников энергии, как гликоген мышц и креатинофосфорная кислота. Количество последней в мышцах стремительно падает.

Использование глюкозы не идет, однако, обычным, нормальным порядком. Первая фаза ее утилизации (анаэробный распад, гликолиз) весьма усилена. Вторая же фаза (аэробное расщепление, окислительно- восстановительные процессы) ослаблена, ухудшена. Отсюда количество молочной кислоты в крови, мышцах, мозгу нарастает до чрезвычайных размеров. Обратного синтеза ее в гликоген нет или почти нет.

Значительное ухудшение аэробной фазы обмена при экспериментальной эпилепсии видно из резкого уменьшения содержания углекислоты и кислорода в крови. Глютатион крови нарастает. Дегидрирующая способность мышц резко уменьшается. Каталазная активность крови снижается.

В итоге находящийся в острой эпилепсии организм оказывается в весьма невыгодном положении: материальная база (гликоген, глюкоза, креатинфосфорная кислота) стремительно расходуется и быстро растрачивается, а выход энергии небольшой. Выгодная в энергетическом отношении аэробная фаза резко снижена и главной энергетической базой является мало выгодная анаэробная фаза. Положение оказывается действительно тяжелым и в конце концов неизбежно наступает катастрофа.

Среди периферических последствий острой экспериментальной эпилепсии обращают на себя внимание, далее, резкие нарушения капиллярной проницаемости. Это обнаруживается прежде всего тем, что за счет потери жидкой части крови происходит значительное и прогрессирующее от приступа к приступу сгущение крови, выражающееся в нарастании содержания гемоглобина и в увеличении количества форменных элементов крови; нарастание тем больше, чем больше приступов. Прямое взвешивание содержания воды, плотного остатка и золы в артериальной и венозной крови у кошек до эпилепсии и после ряда приступов также обнаруживает сгущение крови : она значительно теряет воду и увеличивает плотный остаток. Аналогичные явления описаны при многих острых процессах.

По ту сторону капиллярной мембраны — в органах — также происходят соответственные изменения. Изучение гистопатологии внутренних органов у кошек в разные стадии заболевания после различного числа приступов (от 1 до 200) при острой эпилепсии, вызванной различными раздражителями, показывает, что тяжесть изменений в органах возрастает по мере увеличения числа приступов, т. е. параллельно тяжести заболевания.

Изменения состоят в основном из сосудистых явлений и их последний. Это — гиперемия, сперва очаговая, а потом диффузная. Это — кровоизлияния, сперва единичные, а потом множественные и на значительных участках. Это — отек, по началу периваскулярный, потом в интерстиции органов, раздвигающий клетки паренимы подчас настолько, что нормальная структура ткани нарушается получается картина дискомплексации, иногда резко выраженной.

Кроме сосудистых явлений, наблюдались и клеточные изменения. Клетки уменьшаются в размере, вакуолизируются, ядра их пикноичны. Мышечные клетки сперва набухают, теряют поперечную и продольную исчерченность, а после большого числа приступов уменьшаются в объеме — «высыхают». Чем тяжелее была эпилепсия, тем тяжелее и клеточные изменения. Прямое взвешивание обнаруживает, что мозговая ткань, печень, почки, легкие значительно теряют оду и увеличивают свой плотный остаток. Лишь мышцы показывают увеличение процентного содержания воды и уменьшение плотного остатка.

Наибольший интерес представляют возникающие в результате строй экспериментальной эпилепсии гистологические изменения в центральной нервной системе подопытных животных. Правильное представление о динамике процесса, локализации изменений и порядке поражений возможно лишь при систематическом исследовании всего мозга методом ступенчатой серии по Б. С. Дойникову. Таких исследований немного. Итоги их сводятся следующему.

При острой экспериментальной эпилепсии кошек обнаруживались тяжелые изменения в нервных клетках (окраска по Нисслю). ни захватывали клеточный аппарат мозга не целиком, а строго избирательно, всегда в одних и тех же местах. Больше всего поражалось нитевидное образование продолговатого мозга и клетки зрительных бугров. В мозжечке изменения наблюдались в клетках Пуркинье червя и в клетках собственных ядер мозжечка. В коре шовного мозга поражены бывали только моторные клетки глубоких изменений одних и тех же извилин (особенно по супрасильвиевым и латеральным бороздам). В подкорке изменения были в клетках зрительных бугров и наружных коленчатых тел. Незначительные и непостоянные изменения находили в моторных клетках передних рогов спинного мозга.

Изменения были стереотипные не только по локализации, но и о характеру. Они не зависели от раздражителя и при всех эпилептогенных агентах были одни и те же. Зато они стояли в прямой зависимости от интенсивности заболевания, вернее сказать, от числа перенесенных приступов. После эпилептических состояний с частыми судорожными взрывами поражения всегда оказывались тяжкими. Изучение динамики процесса на животных, имевших различное число приступов (от 1 до 136), показало, что картина развивается в определенном порядке. Самыми первыми — после первого же припадка — были неточные изменения в сетевидном образовании на границе продолговатого мозга с варолиевым мостом и в решетчатом слое зрительно бугров. Они оставались единственными до 10 приступов. Затем сразу обнаруживались стереотипные клеточные изменения в остальных участках.

По характеру клеточные изменения были тяжелыми: гиперхроматоз и неправильная конфигурация ядра, светлый ободок вокруг ядра, отсутствие ядрышка, смытость рисунка нисслевского веществ или полное отсутствие хроматофильных зерен, наличие гомоген окрашенных дендритов, тянущихся на значительном расстоянии иногда распадение отростков, иногда резкая вакуолизация в клетка.

Такие же изменения были обнаружены в мозгу крыс при камфарной и метразоловой эпилепсии; менее пораженной оказывалась кора больших полушарий.

Особый интерес представляет изучение гистологических изменений в центральной нервной системе при хронической «электрической» эпилепсии собак, когда одиночные припадки вызывались много! кратно на протяжении нескольких месяцев, иногда нескольких лег! Этим путем можно подойти к пониманию генеза гистопатологии эпилепсии человека, где изменения в мозгу являются результатом многократных приступов на протяжении лет.

Этим путем можно также подойти и к оценке электрошока каш метода лечения.

При хронической экспериментальной эпилепсии у собак, перенесших от 13 до 115 припадков на протяжении от 3 месяцев до 2 лет в центральной нервной системе обнаруживаются тяжелые изменения нервных клеток, главным образом типа сморщивания. Их локализация) та же, что и при острой эпилепсии кошек и крыс: кора больших полушарий (клетки V слоя лобных, теменных и височных долей, особенно в супрасильвиевых и латеральных бороздах), стволовая часть головного мозга (крупные моторные клетки сетевидного образования) вплоть до передних рогов спинного мозга, кора мозжечка. Кроме сморщивания нервных клеток, в результате хронической эпилепсии в головном мозгу у собак развивается глиоз (коры больших полушарий, белого и серого вещества мозжечка); он достигает иногда резких степеней. Степень сморщивания нервных клеток и глиоза зависит как от числа бывших припадков, так и от их частоты.

Равным образом при хронической экспериментальной эпилепсии у собак наблюдаются изменения во всех внутренних органах. Они выражаются в изменениях клеток паренхимы, разрастании соединительной ткани и в нарушении структуры органа. Количество клеток паренхимы уменьшено, они малы по величине, в ядре и в протоплазме дегенеративные явления. Разрастание межуточной соединительной ткани различно при разных условиях опытов : оно бывает очаговым, прослаивает пучками паренхиму или распространяется диффузно по всему органу, особенно вокруг сосудов. Здесь также степень склероза органа зависит от числа припадков и их частоты.

Наконец, гистологические исследования при экспериментальной диэнцефальной эпилепсии обнаруживают локальные изменения в ядрах подбугорья.